А. П. Новосельцев К вопросу о политической границе Армении и Кавказской Албании в античный период



Походы и Империя Александра Великого , Париж 1731. Автор -крупный французский картограф Гийом Делиль (Guillaume Delisle, 1675–1726)


Вопрос о политической границе между двумя закавказскими государствами—Армянским царством (Великой Арменией) и Албанией можно было бы и не поднимать, если бы он решался в нашей историографии определенно и однозначно. Но в наши дни среди некоторых историков бытует точка зрения, согласно которой пределы Кавказской Албании почти на всем протяжении древности были идентичны границам этого государства в VVII вв., 




покрывая почти всю территорию современной Азербайджанской ССР. Так, в недавно опубликованной монографии К. Алиева имеется специальная глава, посвященная границам Кавказской Албании. Автор приходит к выводу: «Данные Страбона, Плиния и Птолемея свидетельствуют о том, что территория Кавказской Албании разделилась на две части: на области, расположенные к северу от Куры, и на области, находящиеся южнее Куры и входившие до этого (очевидно, до времени жизни указанных авторов?—А. Н.) в состав Албании». Несколько ниже К. Алиев уже более определенно заявляет, что граница по реке Куре между Арменией и Албанией установилась только во II в. н. э.  В книге К. Алиева использованы разнообразные источники, в первую очередь античные. Однако некоторые наиболее красноречивые свидетельства греко-римских писателей, не соответствующие его заключению, не приводятся, а на основании других, как представляется, порой делаются не совсем точные выводы. Это и заставляет обратиться еще раз к данному сюжету и проверить последние по имеющимся первоисточникам.



Нерешенность этого вопроса, а также то обстоятельство, что необоснованные суждения по нему проникли даже в центральную печать, в том числе в обобщающие издания, создает уже немалые затруднения в работе над рядом изданий, например над «Историческим атласом СССР».
В настоящей статье затрагивается только вопрос о политической границе между Арменией и Албанией и остается в стороне такая сложная проблема, как этническая граница армян и народностей «племен, соседствовавших с ними на северо-востоке, в пределах территории современной Азербайджанской ССР (точнее, её юго-западной части). По этому сюжету источников для античной поры столь мало, что вряд ли можно надеяться на окончательное решение данного вопроса. Однако есть все основания полагать, что в позднеантичное время, в период политической гегемонии Армении, в указанных районах имела место арменизация части разноплеменного местного населения. С аналогичным процессом мы сталкиваемся тогда же на стыке Иберии и Албании, где шел процесс картвелизации пограничных племен.
Хронологические рамки статьи — приблизительно II в. до н. э.—387 г. н. э., т. е. от .первых .реальных данных по рассматриваемому вопросу до раздела Армянского царства между Римом и Ираном, в результате которого области Сакасена, Утик, Гардман и другие перешли к Албании.
В нашем распоряжении имеются две группы источников, различающихся по происхождению, тематике и хронологии. Во-первых, античные источники на греческом и латинском языках, написанные в период с I в. н. э. до IV в. включительно. Во-вторых, источники армянские, датируемые VVIIи более поздними веками, но повествующие о событиях IV в. н. э.
Данные античных источников в основном относятся к I в. до н. э.—II в. н. э. Значительная часть их связана с римскими походами в Закавказье и против парфян (Лукулла, Помпея, Марка Антония, Кррбулона и др.). В древности существовали обстоятельные описания их действий, составленные участниками (Теофаном, М. Варроном, Деллием, Корбулоном и т. д.). До наших дней они не сохранились, но ими пользовались Страбон, Плиний Старший, Плутарх, Дион Кассий и другие античные писатели, чьи труды дошли до нашего времени. В римский период существовали и иные источники информации о странах Закавказья. Согласно Плутарху, армянский царь Артавазд II писал на греческом языке исторические труды, в пределах империи создавались специальные труды о Парфии (Аполлодора, Арриана и др.), в-которых наверняка содержалась информация и о Закавказье, более подробная, нежели та, которой мы теперь располагаем.
Несколько особняком стоит географический труд II в. н. э. Клавдия Птолемея, источники которого далеко не ясны. У этого автора имеются сведения и об армяно-албанской границе. Кроме того, у Птолемея богато представлена географическая номенклатура Закавказья, в том числе названия городов, рек. К сожалению, большинство из тех, которые относятся к восточному Закавказью, пока убедительно на современную карту не занесены.
Для периода III в. н. э. источников по интересующему нас сюжету фактически нет. IV в. освещен в основном в древнеармянских источниках: Фавст Бузанд, Моисей Хоренский (Мовсес Хоренаци), «Армянская география VII в.» и некоторые другие. Что касается «Истории страны албан» Моисея Каланкатуйского (Мовсес Каланкатваци), то для периода до V в. он либо компилятивен и основан на более ранних армянских источниках, либо содержит легендарный материал. К тому же для автора, писавшего не ранее VII в., вопросы исторической географии Албании вырисовываются в рамках его времени, когда центр Албании переместился на правобережье Куры.
Армянские источники появились только в V в., и потому даже для IV в. авторы, жившие сто и более лет спустя, обращались также и к устным преданиям. Вследствие этого, наряду с достоверным изложением, в их сочинениях может оказаться и неточное изображение событий. Но сомневаться в реальности основных фактов по интересующему нас сюжету не приходится.
Для I в. до н. э. —I в. н. э. материал сосредоточен у нескольких авторов. Что же они говорят об армяно-албанской границе?
Хронологически первым является каппадокиец Страбон из Амасии, происходивший из знатного понтийского рода. К сожалению, один из интереснейших трудов Страбона—«Исторические записки»—не сохранился, а именно там большое внимание уделялось восточным делам. В нашем распоряжении имеется его «География» законченная в первые годы правления Тиберия, о чем свидетельствуют упоминания ряда событий в тексте этого сочинения.
Большинство специалистов-античников считают, что для Албании и Иберии Страбон пользовался записками участников похода Помпея. Ссылается он и на Деллия, описавшего поход Антония.
Некоторые ученые считают, что для Иберии и Албании Страбон брал материалы из ранних источников IIIII вв. до н. э. (Патрокла. Эратосфена), но это не подтверждается прежде всего данными текста «Географии». В данном случае это, однако, большого значения не имеет, ибо сообщения Страбона по интересующему нас сюжету, исключая вопрос о Каспиане, стабильны.
Каспиана была самой крайней восточной областью Закавказья, связываемой Страбоном и с Арменией, и с Албанией. Название ее происходит от племени каспиев, о котором мы ничего реального не знаем, кроме того, что от них произошло название Каспийского моря, на берегу которого они обитали. Неизвестно, на каком языке говорили каспии и когда исчезли. По словам Страбона, в его время каспиев не было, но каспии упоминаются в древнеармянских памятниках.
Обитали каспии где-то в низовьях Куры и Аракса, по мнению некоторых ученых, захватывая даже Апшерон. Район этот был известен античным писателям плохо. Достаточно сказать, что у них обнаруживаются противоречивые данные относительно устьев Аракса и Куры. Аппиан указывает, что Аракс впадал в Куру. Страбон же писал, что обе реки отдельно впадали в Каспийское море. У Плутарха обнаруживаются оба варианта. Наконец, такой авторитетный автор, как Плиний Старший, отмечает, что в его время по этому вопросу были различные суждения, но большинство считало, что Аракс впадает в Куру. Говоря о политическом положении Каспианы, Страбон указывает, что в свое время эта область вместе с Басоропедой и другими территориями была отнята армянским царем Артаксием у мидян (очевидно, у правителей Атурпатакана). В другом месте географ отмечает, что Каспиана принадлежала Албании. Здесь не может идти речь о IIIII вв. до н. э., ибо тогда Каспиана относилась к Мидии (Атурпатакану), а затем перешла к Армении. Скорее всего, Каспиана отошла к Албании после распада империи Тиграна II, когда целый ряд областей его обширного государства был захвачен соседями. Вряд ли она долго оставалась в составе Албании, так как по Птолемею Каспиана являлась частью Мидии.
Западнее Каспианы во времена Страбона (и позже) проходила граница Армении и Атурпатакана; ею была река Аракс, очевидно приблизительно там, где ныне советско-иранская граница.
Затем на юге Армения граничила с Атурпатаканом по озеру Урмия, называвшемуся тогда Мантиана, или Капаута.
Для нас наиболее интересна армяно-албанская граница от слияния Куры и Аракса на север. У Страбона тут фигурируют области Араксена и Сакасена. Первая, очевидно, была расположена в низовьях реки, давшей ей название. Согласно Страбону, это была равнина, что как раз соответствует географическим условиям данного района. Точных указаний на то, кому эта область принадлежала, нет. Возможно, здесь обитали те самые свободные племена по Араксу, о которых пишет Плутарх при описании войны Тиграна с римским полководцем Лукуллом. Впрочем, в то время, когда писал Страбон, ситуация могла измениться. Из текста «Географии», мне кажется, можно заключить, что Араксена относилась к Армении, так как Страбон пишет, что Аракс течет по плодородной Араксенской равнине до границ Албании.
На северо-запад от Араксены лежала страна утиев, но сведения Страбона о ней довольно неопределенны. Далее вдоль Куры находилась историческая область Сакасена (армянское Шакашен). Здесь некогда поселились пришедшие в Закавказье племена иранцев-саков, от которых область и получила свое название.
По данным Страбона, Сакасена не только входила в состав Армении, но географ называет ее лучшей частью Армении.
За Сакасеной уже по левую сторону Куры располагалась Камбнсена (армянское Камбечан, грузинское Камбечани). В этой области сходились границы трех государств: Армении, Иберии Албании.
Говоря о последней, географ указывает, что албаны обитали между иберами и Каспийским морем. Сопоставляя это с вышеприведенными материалами, можно сделать вывод, что по данным Страбона граница Армении и Албании проходила от пределов Камбисены до слияния Аракса с Курой (полагая, что их русла в то время совпадали с современными). Этому вовсе не противоречит указание Страбона на то, что река Кура протекает через Албанию, поскольку левобережье этой реки в пределах от Камбисены на юг относилось к Албании. Данные Страбона находят подтверждение и у других античных писателей. У Аппиана (II в н. э.), пользовавшегося теми же источниками, что и Страбон, сказано, что албанский и иберийский ожидали Помпея у Куры, скорее всего в пределах Камбисены.
Точно также и у Плутарха, албаны, выступая против Помпея, должны были перейти Куру, а потом и сам римский полководец, совершавший поход на Албанию, переправлялся через эту реку.
И Дион Кассий указывает, что албаны живут за Курой. Особенно важны по этому вопросу материалы Плиния Старшего, в знаменитом труде которого как бы сконцентрирована вся сумма знаний людей той эпохи по целому ряду наук, в том числе и по географии. И Плиний пишет, что албаны жили на равнине от Куры и реки Алазан, впадающей в Куру. Важно отметить, что у Плиния идет речь об утиях и их стране Отене (арм. Утик), расположенной на правобережье Куры ниже Сакасены. И относительно Отены Плиний дважды .пишет, что она входит в Армению. Именно за утиями до Каспийского моря, гранича на западе с Курой, обитали албаны. Наконец, и Птолемей границей Армении и Албании называет Куру.
Таким образом, у всех античных авторов III вв. граница между армянским и албанским царствами проходит по реке Куре, как можно полагать, до слияния ее с Араксом. Поэтому в то время такие исторические области, как Утик, Сакасена, Арцах входили в Армению, хотя их степень подчинения армянским царям могла быть в разные времена неодинаковой.
Для III в. никаких реальных данных об армяно-албанской границе в источниках не обнаруживается. Лишь Фавст Бузанд, говоря о событиях 30-х годов IV в., указывает на то, что граница между государствами прежде была по Куре. В современных же событиям материалах, и прежде всего в античных, данных на сей счет нет. Даже в условиях Нисибийского договора 298 г. в той части, в которой они нам известны из Петра Патрикия и Аммиана Марцеллина, данных об армяно-албанской границе не имеется.
Армянская христианская традиция рассматривала Албанию и Иберию III в. в качестве зависимых от Армении стран. Здесь не место разбираться в происхождении этих легенд, тем более, что в изложении Агафангела, да и Моисея Хоренского, о тех временах немало взято из устной эпической традиции, которая требует тщательной проверки по другим источникам. Это далеко не всегда возможно, так как древнегрузинские материалы об этих временах также не всегда достоверны, труд же Каланкатуйского зависит от более ранней армянской историографии.
На трактовку событий, предшествовавших христианизации и связанных с ней, помимо всего прочего, оказали влияние и споры с начала VII в., когда церковные круги закавказских стран старались подчеркнуть первенство своей церкви.
Но в основной канве рассказа Фавста Бузанда о событиях времени Хосрова III (330—338), наследника Трдата, сомневаться оснований нет. В это время положение на восточной границе Армении осложнилось, и царь маскутов Санесан перешел границу, р. Куру. Рассказ Фавста о событиях этого времени сильно отличается от того, что сообщают Моисей Хоренский и Моисей Каланкатуйский. Вероятно, Санесан и Санатрук, упоминаемый последними, все-таки одно лицо. Примечательно, что Каланкатуйский именует этого Санатрука албанским царем. Во всяком случае, точка зрения К. В. Тревер, полагавшей, что действия маскутского царя не затронули Албании, вряд ли верна. Для нас же в этом рассказе самое важное то, что Кура названа границей Армении на востоке. Кем бы ни был Санесан, о котором идет речь у Фавста, события в этом районе никак не могли пройти мимо Албании и ее коренных закуринских земель, тем более, что и маскуты обитали в прибрежной полосе на территории современных Азербайджанской ССР и Дагестанской АССР. К сожалению, наши сведения об армяно-албанских отношениях предшествующего этим событиям времени весьма туманны. Но сопоставление рассказа Фавста с последующими событиями позволяет, я думаю, сделать некоторые выводы. Создается впечатление, что Албания, в отличие от Армении, в эту пору чаще всего придерживалась иранской ориентации. Известно, что и в период римско-иранских войн в 60 гг. IV в. албанский царь был союзником (или вассалом?) Шапура II. Можно поэтому допустить, что в период успехов Шапура II в войне с Римом области Утик, Сакасена—Шакашен, Гардман и другие действительно перешли к Албании, о чем упоминает Фавст. Однако такое положение существовало недолго. Позже, при царе Папе, в период военных успехов Рима и его союзника Армении, эти области опять вернулись к Армении.
Наконец, в 387 г. был заключен договор между Римом и Ираном о разделе Армянского царства, после чего упомянутые области на правобережье Куры отошли к Албании, и на сей раз прочно. Мне представляется, что все эти территориальные изменения в Закавказье были связаны с римско-иранскими отношениями и участием в них закавказских государств. По договору 387 г. Албания осталась в зоне иранского влияния. Сасанидские шахи проводили, и весьма успешно, политику «разделяй и властвуй», и одним из моментов этой политики была передача земель албанским царям, которые придерживались иранской ориентации. В дальнейшем Иран наложил руку и на Албанию.
Для нас важен в этой ситуации другой вопрос. После событий IV в., в силу ряда причин, политический, экономический и культурный центр Албании перемещается на правобережье Куры, в области Гардман и Утик. Здесь возникает новая столица Албании Партав, основанная царем Ваче по приказу шаха Пероза и первоначально называвшаяся Перозапат. Причины перемещения центра Албании в этот район были разные. Мне кажется, надо учитывать то, что эти области были экономически развитыми; еще Страбон, не знающий городов в Албании, тут упоминает города. Свою роль сыграла, вероятно, и возникшая в IV в, угроза с севера со стороны гуннских племен, появившихся на Северном Кавказе. Наконец, в многоэтннческом Албанском царстве, по-видимому до V в., не было народности, которая могла бы стать гегемоном в этом государстве. Такая роль выпала на долю населения правобережья Куры, где в V в. возникли письменность и литература на одном из местных языков.
Все вышесказанное дает основание утверждать, что вплоть до конца IV в., за исключением небольшого отрезка времени в 30— 60 гг. этого столетия, армяно-албанская граница проходила по реке Куре, а области Сакасена, Арцах, Утик, Гардман и другие входили в состав Армянского царства. Лишь договор 387 г. изменил это положение, как изменил многое в судьбах самой Кавказской Албании.



_______________________________________________
[1] К. Алиев, Кавказская Албания, Баку, 1974, с. 121 —122.
[2] См. карту Кавказской Албании к статье 3. И. Ямпольского в «Советской исторической энциклопедии», т. I. с. 354.
[3] См. Иосиф Флавий, Иудейские древности, XIV, III, I; XIV, VII, 2.
[4] См. Страбон. География, V, III, 8; XII, I, 4 и др.
[5] См. W. Ali, Strabon von Amasia, Bonn, 1957, S. 22, 87, 91—101; Л. А , Знания древних о северных странах, М,, 1961, с. 150; Страбон.
[6] См.География, XI. XIII, 3.
[7] См. А. И. Болтунова. Описание Иберии в «Географии» Страбона, ВДИ, О первом геносе населения Иберии, Сообщения АН Грузинской ССР, 1957, т. XVIII, № 3 (на груз. яз.). Любопытную, хотя и не во всем убедительную, раскладку источников Страбона дает К. Алиев, указ. соч., с. 5—18.
[8] И. М. Дьяконов предполагает, что каспии говорили на языке эламской группы (И. М. Дьяконов. История Мидии. М.—Л., 1956, с. 103).
[9] См. Страбон, XI, IV, 5.
[10] См. К. В. Тревер. Очерки по истории и культуре Кавказской Албании.М.— Л., 1959, с. 45.
[11] См. Аппиан. Митридатика, 103.
[12] См. Страбон, XI, IV, 2.
[13] См. Плутарх. Помпеи, XXXIII, XXXIV.
[14] См. Плиний Старший. Естественная история. VI, X.
[15] См. Страбон, XI, XIV, 5—Артаксий—Арташес I (189—160).
[16] См. там же, XI, IV. 5.
[17] См. Птолемей, VI, 2, 5.
[18] Страбон, XI, XIII, 3; Здесь одним из источников назван Деллий—спутник Антония.
[19] См. Страбон, XI, XIV, 8; XI, XIII, 2.
[20] См. Плутарх, Лукулл, XXVI.
[21] См. Страбон, XI, XIV, 4.
[22] О ней см.: Ս.Տ. Երեմյան Հայաստանը ըստ <Աշխարհացոյցի>, Երևան, 1963, С. 73
[23] См. Страбон, XI, VIII, 4
[24] См. там же.
[25] О ней см.: С. Т. Еремян, указ, соч., с. 57; Г. А. Меликишвили. К истории древней Грузии. Тбилиси, 1959, с. 123.
[26] См. Страбон, ХI, IV, I.
[27] См. там же, XI, IV, I.
[28] См. Страбон, XI, IV, 2.
[29] См. Аппиан, 103.
[30] См. Плутарх, Помпеи, XXXIV.
[31] См. Там же, XXXV.
[32] См. Дион Кассий, XXXVI, 54.
[33] См. Плиний, VI, XI.
[34] О ней см.: Ս.Տ.Երեմյան, указ. соч. с 75—76.
[35] См. Плиний, VI, XVI; XII, XXVIII.
[36] См. там же, VI, XV.
[37] См. Птолемей, V, 12, I.
[38] См. Фавст Бузанд. История Армении, V, XIII.
[39] См. Dexipi, Eunapii, Petri Patrcii etc. quere supersant, e rec. Imm. Bekkeri et B. G. Niebuhrii C. F. Bonnae, 1829, с, 134-135.
[40] См. Аммиан Марцеллин, XXV, VII, 9.
[41] См. Агафангел. История Армении, 19.
[42] См. Фавст Бузанд, III, VII.
[43] См. попытку разобраться в этих событиях: К. В. Тревер, указ. соч. с. 191-197.
[44] Страна маскутов (Маскат) была еще хорошо известна мусульманским географам IX—-X вв. См. В. Ф. Минорский. История Ширвана и Дербенда, М., 1963, с. 108—111
[45] См. Аммиан Марцеллин, ХVII, VI, 22; XIX, II, 3.
[46] См. Фавст Бузанд, V, XIII.
[47] См. там же.
[48] См. Армянская география VII в., изд. К. П. Патканов, СПб., 1877, с. 17 [арм. текст]. Из этого же источника видно, что часть гаваров отошли к Иберии и Атурпатакану.
[49] См. Мовсес Каланкатваци. История страны алван. Тифлис, 1913, с. 52.
[50] См. Страбон, XI, VII, I. Вопрос о городах Албании сейчас решается я по материалам археологии, см.: Дж. А. Халилов и И. А. Бабаев. О городах древней Кавказской Албании—«Советская археология», 1974, № 4 с. 98—109. Думается, что материал по периоду до н. э. пока еще скуден, чтобы считать экономически городами поселения в коренной Албании до н. э.
[51] По истории албанского языка и литературы мы обладаем преимущественно данными армянских источников. Найденные надписи пока успешно не расшифрованы, хотя направление новейших поисков представляется в принципе правильным. Очень мало конкретного известно об албанской литературе. Мы знаем, что на албанский язык был переведен Новый завет (см Левонд. История, СПб., 1887, с. 62—63), но была ли полностью переведена Библия, точно неизвестно. Погибла албанская литература, по-видимому, довольно рано, хотя сам язык (аранский) известен еще в X в.

Комментарии

Популярные сообщения из этого блога

Ложь — неотъемлемая часть азербайджанцев

Иранские цыгане и азербайджанцы не поделили места кочевки, есть жертвы